Сóрок сорóк

Когда кто-то говорит о масонах, о масонских заговорах, на наших лицах тотчас же возникают иронические улыбки - ага, опять вольные каменщики вредят, известное дело, знаем. Усилиями всевозможных конспирологов масоны превратились в карикатуру, в персонажей из анекдотов, на которых можно свалить любые общественно-экономические проблемы. Короче говоря, среди людей адекватных упоминание о масонстве не приветствуется. Однако, есть в современной политической истории один связанный с масонами кейс, который вовсе не кажется забавным. Речь об итальянской ложе Великого Востока Propaganda Due (P2, "Пи-дуэ" по-нашему), которая в 70-80-х наворотила таких дел, что даже самый распоследний скептик весь рот раскрыл бы.  О конкретных чертах бытия этой ложи стало известно случайно: в марте 1981 года во время обыска фабрики "Джоли" в Абруццо, принадлежащей некоему господину Личио Джелли, по поводу причастности того к похищению сицилийского адвоката и бизнесмена Микеле Синдона, были обнар...

  Начать надо с того, что конфликт вокруг спорных Мальвинских (Фолклендских) островов с Великобританией по своей сути однозначно задумывался как "маленькая победоносная война", последнее средство спасения терпящей крах военной хунты.  К 1982 году военный режим основательно просел на экономическом фронте. Общественность, ранее запуганная волной террора 76-80 гг., теперь оживилась, все чаще проявляя недовольство экономическим курсом властей. Апофеозом общественных мобилизаций стали рабочие демонстрации 30 марта 1982 года, охватившие всю страну. По мере ухудшения экономического положения внутри хунты всё бóльший вес приобретала группа во главе с генералом Леопольдо Галтьери, планировавшая укрепить позиции военного правительства старым добрым патриотизмом и призывами к национальному единству. Заручившись поддержкой Соединенных Штатов и лично Рейгана, Галтьери в декабре 1981 года сместил генерала Роберто Виолу, став новым лидером военной хунты и президентом страны по совместительс...

Изначально Коминтерн ориентировал свои зарубежные секции на вовлечение в социальную борьбу “женщин рабочего класса”; женский вопрос в тот момент был на пике популярности и женская эмансипация, в том числе, была одной из основ коммунистического дискурса. Поучать Компартию Германии по этому вопросу конечно не приходилось: еще с XIX века женский вопрос находился в фокусе немецкой социал-демократии, женщин в СДПГ было достаточно (после того, как в 1908 они получили право вступать в политические партии), ну и, само собой, вышедшие из левой социал-демократии коммунисты “унаследовали” эти самые лучшие черты своих “отцов”. В конечном итоге, именно женщины, - Роза Люксембург, Клара Цеткин, Рут Фишер, - были символами немецкого коммунизма начала 20-х. Однако, когда под эгидой КПГ в 1924 году был образован “Союз Красных Фронтовиков” (Rote Frontkämpferbund - RFB), вокруг женского участия почти сразу же завертелись острые дискуссии. Дело в том, что RFB не был секцией КПГ: это скорее был массовый фр...

  Известно, какие крутейшие политические зигзаги иной раз осуществляли коммунистические партии на пути достижения реального социализма, как ловко они маневрировали между “более” и “менее” реакционными слоями буржуазии. XX век даёт нам богатейший опыт подобной тактики, исполнявшейся с одним и тем же победоносным результатом. В этот раз посмотрим на Аргентину. Хотя в истории Компартии Аргентины полно не очень приятных серых пятен, самым ярким проявлением тактики "реального марксизма" стал период военной диктатуры 1976-83 гг.; так называемый Процесс Национальной Реорганизации. Когда аргентинские коммунисты, используя уже известную шкалу градации буржуазии по степени реакционности, поддерживали "антиимпериалистический" режим, который в рамках "грязной войны" с оппозицией (с левой оппозицией) убил людей больше, чем окопавшийся в тот же момент в соседней Чили фашистский режим Пиночета. В качестве краткой предыстории:  В 1966 году в стране была установлена правая...

  Про режим Николае Чаушеску в массовом инфо-пространстве пишут маловато и это непорядок, ибо румынский национал-коммунизм и его развитие - штука весьма занятная и интересная. Если без подробностей, то социализм эпохи Чаушеску являлся эталоном восточноевропейского “красно-коричневого” синтеза, во много раз превосходящим по уровню патриотического угара другие страны соцблока. Хотя в ГДР , Польше , Албании , Болгарии и даже Венгрии (в незначительном виде) имелись свои специфические уклоны в области национализма, в Румынии великодержавный курс при Чаушеску фактически растворил в себе марксизм-ленинизм. Породив после крушения режима переход многих проигравших, но оставшихся при своём радикализме коммунистов в лагерь фашистов. Начать надо с того, что само по себе укрепление социалистического режима в Румынии происходило со значительной опорой на бывших фашистов/легионеров ; в принципе, это было вполне логично, так как Румынская Компартия исторически была невелика и широким влиянием в об...

  Если кто думает, что нынешний вялотекущий спор промеж "социал-шовинистами" и  "революционными коммунистами" по вопросу об отношении к событиям вна Украине есть нечто невиданное со времен краха II Интернационала, тот сильно ошибается. Т.н. "коммунистическое движение" воспроизводило "раскол II Интернационала" в миниатюре (со всеми его аргументами и контраргументами) почти всегда, когда речь заходила о межгосударственных конфликтах. Индо-пакистанские войны, Фолклендская война, ирано-иракское побоище, турецкая интервенция на Кипр, вторжение Индии на Шри-Ланку, вторжение Пакистана в Бангладеш: всегда среди коммунистов находились теоретики, которые, опираясь на бессмертное учение Маркса-Энгельса-Ленина, обосновывали "справедливость" и "прогрессивность" той или иной военной акции собственного правительства и, соответственно, "реакционность" правительства противоборствующей стороны.  На мой взгляд, в этом ряду блистательно...

  11 января у нас годовщина ввода франко-бельгийских войск на территорию Рурской области в 1923 году. Сделано это было во имя принуждения проигравшей в Первой мировой войне Германии к выплате репараций, хотя французы конечно же имели и далеко идущие планы по долгосрочной оккупации этого важного промышленного региона. Франко-бельгийский акт агрессии вызвал резкий подъём “оборонительного” немецкого национализма. Сложилась парадоксальная ситуация: призыв рейхсканцлера Вильгельма Куно к “пассивному сопротивлению” (ничего другого слабая Германия не могла сделать) был поддержан не только профсоюзами Рурской области, объявившими массовые забастовки, но и крупными немецкими предпринимателями, продолжавшими платить зарплаты бастующим ради “патриотического единства”. В целом, именно этот запуск в экономику не обеспеченных реальным трудом денег и стал тем последним фактором, который преобразовал инфляцию в знаменитую веймарскую гиперинфляцию, превратившую “бумажную марку” просто в резаную бум...