Сóрок сорóк

Часть 1. Югославская модель народного фронта Часть 2. Международное влияние югославской модели народного фронта Хотя в течение 1945-47 гг. Москва воспринимала КПЮ, - фактически взявшую власть в Югославии вопреки ожиданиям Кремля, - как наиболее “сталинскую” партию Восточной Европы (что выглядит парадоксальным, учитывая шквал обвинений, обрушившихся на югославов после 1948 года), в этой бочке меда не обошлось и без капельки дегтя.  Во-первых, памятуя о том влиянии, какое во время Второй Мировой КПЮ завоевала на Балканах (а так же учитывая выдвинутый Тито проект Балканской федерации с центром в Белграде и стремление КПЮ сохранить особый патронаж над Албанией), советские товарищи в справке, подготовленной в преддверии созыва первой конференции Коминформа в 1947, отмечали претензии югославского руководства на то, чтобы стать альтернативным руководящим центром южно-европейского коммунизма. Во-вторых, беспокойство в СССР вызывала “неверная” позиция КПЮ по поводу вопроса Триеста. Что имел...

  Панславизм, - идея культурного и языкового братства славянских народов, - зародился еще в середине 19 века на волне общеевропейского романтизма с его “возвратом к корням”. И, понятное дело, несмотря на вроде бы очевидный посыл, - стремление к объединению, - этот панславизм почти сразу же раскололся на ряд политических тенденций, обоснованных различиями во взглядах последователей общеславянской идеи на роль “собственного” народа. Уже на первом славянском конгрессе в Праге в июне 1948 года чехи требовали создания для себя автономии в составе Австрийской империи, поляки вещали о собственном национальном мессианизме, русские естественно голосили о главенстве великороссов в общем движении, слабо представленные южные славяне, требуя освобождения от турецкого гнета, выдвигали проект учреждения некоего “южно-славянского королевства”. Светом в оконце был только наш соотечественник Миша Бакунин, - тогда еще не вполне анархист, - предлагавший создать революционно-демократическую самостоятел...

  А ведь сегодня ровно сто лет с того самого дня, как члены Коммунистической Партии Эстонии попытались устроить в этой стране вооруженную революцию. Эстонский путч 1924 года, о котором даже в Коминтерне быстренько забыли как о досадном недоразумении, на самом деле являлся вехой, которая окончательно убедила наиболее реалистично мыслящих членов большевистской верхушки (среди которых находился и товарищ Сталин), что послевоенная революционная волна в Европе, на которую все они уповали, захватывая власть в 1917 году, схлынула окончательно. К тому моменту на счету Москвы уже был ряд тяжелых медийных поражений: провал “советизации” Польши 1920, провальная “мартовская акция” (вооруженный путч) 1921 в Германии, провальная попытка построения “единого рабочего фронта трех интернационалов” в Европе 1922, провальное восстание в Болгарии 1923, наконец, громкий провал “Германского Октября” 1923 (восстания в Гамбурге)...  И очередное фиаско в Прибалтике, - чудом не закончившееся крупными ме...

  Итак, 1 сентября 1939 года фашистская Германия атакует Польшу и начинается Вторая Мировая война. Как реагирует на это Коминтерн? Спустя неделю после начала войны, по итогу закрытого совещания Сталина, Молотова, Жданова и Димитрова, 8 сентября в Прагу, в адрес руководства подпольной Компартии Чехословакии передана шифрованная телеграмма, в которой впервые озвучена официальная позиция Коминтерна по поводу происходящего. К удивлению профессоров, блогеров, красных патриотов и тому подобных лиц, начинается шифрограмма так: « Настоящая война — империалистическая, несправедливая, в которой одинаково повинна буржуазия всех воюющих государств. Войну не могут поддерживать ни в одной стране ни рабочий класс, ни тем более компартии. Ее ведет буржуазия не против фашизма, как уверяют Чемберлен и лидеры социал-демократии. Война ведется между двух групп капиталистических стран за мировое господство. Международный пролетариат не может ни в коем случае защищать фашистскую Польшу, отвергнувшую помо...